На первую страницу Генеалогического вестникаРецензии. Обзоры. Библиография

В. Рыхляков

Генеалогия учёных в отечественной историографии (по материалам сообщения на VII Савеловских чтениях)

Нынешняя конференция посвящена генеалогии сословий. Конечно, учёные – это не сословие, но всё же заметная и влиятельная социальная группа, которая во все времена в России формировалась из представителей самых различных сословий и в этом смысле являлась как бы связующим звеном между ними. Так, в XVIII веке в Академии Наук можно было видеть дворянина С. Домашнева и сына солдата И. Лепёхина, крестьянского сына М. Ломоносова, сына пономаря Н. Соколова и купеческого сына П. Рычкова. То же мы видим и в XIX, и в XX веке, в советскую эпоху.
 Насколько мне известно, подобная тема ещё не затрагивалась в научных публикациях, и моё обращение к ней – это лишь попытка охарактеризовать тему, очертить временные рамки, наметить некоторые особенности и виды публикаций на эту тему, указать на отдельные «белые пятна».
Естественно, что изучение генеалогии учёных в России началось лишь в начале XIX в., т. к. и сама наука в нашей  стране возникла всего на 100 лет раньше. И поскольку первыми российскими учёными являлись, в основном, иностранцы, можно было бы ожидать, что первыми генеалогическими работами об учёных в России были работы именно о них. Однако появление в русской науке такого гиганта как Ломоносов (кстати, также занимавшегося генеалогией), происхождение и путь в науку которого представляются весьма экзотическими, привело к тому, что первая генеалогическая работа о русских учёных, появившаяся в печати, была посвящена ему. Это была статья П. Свиньина о потомках Ломоносова, опубликованная в журнале «Библиотека для чтения» в 1834 г. С тех пор как восходящая, так и нисходящая родословная Ломоносова, его родственное окружение, гипотезы о его происхождении (вплоть до самых невероятных, приписывающих ему царское происхождение) неоднократно на протяжении 167 лет появлялись на страницах периодической печати, биографий учёного, выходили специальными изданиями – последнее из них, книга Н. Шумилова «Род Ломоносовых», вышла в Архангельске в 2000 г. И хотя работ по генеалогии Ломоносова вышло более десятка и среди них есть книга члена-корреспондента АН СССР Б. Модзалевского, тема до сих пор не исчерпана и, я уверен, публикации по ней ещё будут появляться.
Вопросы генеалогии учёных XVIII в. нашли отражение в также ряде других работ. Среди них следует отметить книгу, вышедшую в 1875 г., автор которой скрылся за инициалами «Ю.Ф.В.». Это – Георгий (Юрий) Францевич Виппер, преподаватель математики, механики и географии Московской практической академии коммерческих наук, а позднее – директор Московского училища живописи, ваяния и зодчества. Книга называется «Семейство математиков Бернулли». Многие из учёных швейцарского рода Бернулли работали и умерли в России, в том числе академик Даниил Бернулли, профессор анатомии, ботаники, физики в Базеле и академик по кафедре механики в Петербурге (1725–1733). Академиком Петербургской академии наук был математик Яков Бернулли (1759–1789). Всего же этот род выдвинул более десятка видных учёных. Любопытно, что Георгий Виппер сам стал родоначальником династии выдающихся учёных, среди которых его сын, историк, академик Роберт Виппер (1859–1954); внук, Борис Робертович (1888–1967), историк искусства, член-корресподент Академии Художеств; правнук – литературовед академик Юрий Борисович Виппер (1916–1991). И печально, что об истории этой семьи до настоящего времени специальной генеалогической работы нет.
Предкам и потомкам выдающегося учёного, основателя эмбриологии академика К.М. Бэра (1792–1876) была посвящена небольшая работа в «Русском евгеническом журнале» (1928), написанная известными генеалогами Ю. Нелидовым и Н. фон Эссеном. Но, пожалуй, наиболее крупной и серьёзной работой по генеалогии учёных XVIII в. явился ряд статей в сборнике «Развитие идей Леонарда Эйлера и современная наука». Эта книга была выпущена в 1988 г. издательством Академии Наук, а генеалогические статьи и таблицы в ней подготовили Э. Амбургер, И. Геккер, Г.К. Михайлов и М.В. Шестакова. Ценность этой книги – в гармонической увязке материалов о предках Л. Эйлера, о нём самом, его трудах в различных областях науки, развитии его идей в последующие века и сведений о его потомках, причём всё это сделано на высоком научном уровне.
Разумеется, приведенными примерами тема «Генеалогия учёных XVIII века» не исчерпывается. Практически все биографии учёных дают генеалогические справки о них большего или меньшего объёма. Генеалогические экскурсы имеются также в ряде автобиографий и воспоминаний (например, ещё в 1818 г. в Москве вышла книга Д.Н. Бантыша-Каменского о его отце, историке и археографе Н.Н. Бантыше-Каменском, содержащая сведения о родословной Бантышей-Каменских, а Пётр Иванович Рычков изложил свою родословную в «Записках», опубликованных в 1905 г. в «Русском архиве». Однако специальных генеалогических работ о других русских учёных XVIII в. я назвать не могу.
В XIX в. Россия дала миру десятки учёных мирового значения. Их имена хорошо известны. Обозревая генеалогическую литературу, можно убедиться, что генеалогия учёных XIX века изучена довольно поверхностно и содержит ещё много «белых пятен». О многих учёных известны лишь самые скромные сведения о родителях, а о некоторых неизвестно даже это. Так, знаменитый хирург академик Иван Фёдорович Буш (1771–1843) по одним сведениям числится сыном трактирщика-немца, а по другим – пленного шведского солдата, по третьим – он датчанин.
Если исследование биографии и творческого наследия деятелей искусства, литераторов, музыкантов, как правило, невозможно без изучения их родословной, родственного окружения, знакомства с потомками, зачастую являющимися хранителями их творческого наследия или его части, то в области физики, математики, химии, экономики, естествознания и др. эти знания не представляются столь необходимыми. Однако и для последних вопросы генеалогии являются весьма важными, ведь именно в детстве, от родителей, бабушек и дедушек люди получают первые знания и представления о мире, их пример во многом определяет их характеры, цели в жизни. С братьями и сёстрами они часто и долго идут рука об руку по жизни, а их дети и внуки порой делают для славы своих предков больше, чем удалось сделать им самим. Постичь, что именно сделало их великими – чрезвычайно интересная и поучительная вещь, и генеалогии здесь принадлежит не последняя роль.
Исследования генеалогии учёных XIX в., естественно, проводились, в основном, уже в XX в., а, как известно, на протяжении примерно 70?ти лет этого века генеалогические исследования, мягко говоря, не поощрялись. Поэтому специальных исследований, посвящённых нашим знаменитым учёным XIX – начала XX вв., до обидного мало. Особенно это относится к деятелям точных и естественных наук. Лишь в последнее десятилетие появилось около трёх десятков генеалогических работ по этому периоду. Они посвящены таким крупнейшим учёным, как Д. Менделеев, И. Сеченов, А. Попов, Н. Бекетов, Н. Миклухо-Маклай и некоторые другие. Появились и работы, посвящённые целым династиям учёных: астрономам Струве, геологам Карпинским, ботаникам Регелям и др. Родословие и генеалогические связи видных учёных исследованы в работах, посвящённых в целом родам, из которых они происходили (Модзалевские, Бердяев, Боткин, Тиме, Лугинин, Максутов, Граве, Краснов и др.).
Из воспоминаний об учёных этого периода можно отметить воспоминания дочери В. Даля – Елены, жены Ильи Мечникова – Ольги Николаевны; обширные генеалогические сведения имеются в автобиографии Ф.П. Литке, в «Записках Академии Наук», родословная М. Максимовича – в автобиографии, опубликованной в «Киевской старине», и т. д.
В то же время нет работ, посвященных генеалогии Бредихина, Лобачевского, Докучаева, Журавского, П. Лебедева, Гриммов, Манассеина и др.
Ещё менее изучены родословные знаменитых учёных XX в. Среди тех, кому «повезло», в первую очередь надо назвать академиков В.И. Вернадского и А.Д. Сахарова. Большой родословный материал опубликован также по истории родов Д. Ольдерогге, Тимофеева-Ресовского, Пиотровских, М. Шателена, М. Бахтина, А. Фурсенко, Миславских, И. Тамма и некоторых других. Много внимания своей родословной уделили в своих воспоминаниях академики А.Н. Крылов и Д.С. Лихачёв. Ждут своих исследователей генеалогии Н. Семёнова, Вологдина, Флёрова, В. Фока, П. Капицы, А. Иоффе, Доллежаля, Ю. Лотмана, Н. Филатова, И. Курчатова, И. Франка, Ж. Алфёрова и других.
Чем ближе к нам по времени жили те или иные учёные, тем больше у нас информации об их потомках и меньше – о предках. Общее же количество информации определяется, как правило, масштабом личности учёного. Пока лишь единицы самых крупных из них удостоились нашего генеалогического внимания – в основном, родственников этих учёных. Но надо полагать, что общий подъём генеалогической культуры в стране, рост числа исследований позволит значительно поправить существующее положение.
В своём сообщении я практически совсем не говорил об учёных-историках и генеалогах. Генеалогия многих крупнейших историков: Карамзина, Щербатова, Ключевского, Костомарова, Шильдера и др., хорошо изучена. Других, я полагаю, должны изучить деятели исторической науки. Что же касается генеалогов, то, как правило, они сами составляют свои родословия. Здесь можно назвать игумена Ювеналия (И.Г. Воейкова), П. Долгорукова, В. Чернопятова, Л. Савёлова, М. Таубе, Н. Лихачёва, А. Григорова и др. Однако есть генеалоги, родословные и даже биографии которых почти неизвестны. Достаточно назвать имена С.В. Любимова, П.П. фон Винклера, А.В. Экземплярского. Я думаю, что РГФ поставит себе цель ликвидировать эту проблему, ибо о генеалогах могут написать только генеалоги.

А. Бовкало

Матисон А.В. Генеалогия православного приходского духовенства России XVIII – начала XX вв. История рода Мощанских.

– М.: «Научная книга», 2000. – 119 с.

Истории и родословию российских священнических родов к настоящему времени посвящено не так уж много работ. Ценным вкладом в изучение генеалогии духовенства стала книга А.В. Матисона, посвященная скромному роду Мощанских из Тверской епархии. Автор в нескольких главах подробно описывает историю рода, а в приложении приводит родословную роспись Мощанских с XVIII по начало XX вв. «фактически без лакун» (с. 10), – 128 человек – и два человека, степень родства которых с членами рода не удалось пока установить. Реконструировано также родословие предков Мощанских – тверских посадских и купцов Мошниных в XVII–XVIII веках. Краткие родословные схемы Мошниных доведены до второй половины XIX в.
Особо следует отметить введение, в котором автор описывает свою методику изучения истории рода и останавливается на источниках генеалогии православного приходского духовенства России. Прежде всего он характеризует введенные в 1769 году клировые ведомости и говорит об их сохранности в фонде Тверской духовной консистории ГАТверО. Для первой половины XVIII века отсутствие клировых ведомостей частично может восполнить обращение к исповедным росписям. Отмечено важное значение метрических книг. Описывается такой важный источник как материалы ревизий (переписей населения). Рассмотрено делопроизводство духовной консистории. Из фондов духовных учебных заведений отмечен фонд духовной семинарии. Из печатных источников А.В. Матисон подробно характеризует «Тверские епархиальные ведомости» и указывает, какие сведения можно получить из них. Кроме того, что очень важно, использованы опубликованные воспоминания архиепископа Саввы (Тихомирова) и «Автобиографические записки» протоиерея В.Ф. Владиславлева, дающие немало подробностей из жизни духовенства. Так, на с. 33–34 использовано яркое описание В.Ф. Владиславлевым вызова о. Николая Мощанского к своему архиерею-однокурснику. Кратко рассмотрены также источники, использованные для составления родословной Мошниных и тех Мощанских, которые поступили на государственную службу. Кроме материалов ГАТверО, автор использовал документы московских архивов (в том числе Троицкой семинарии), РГИА и ЦГА Татарстана. По всей книге в тексте и в примечаниях даются также многие весьма полезные сведения: с. 74 – о помощниках благочинных в Тверской епархии, с. 22, 27 – о фамилиях духовенства, с. 26 – об обучении в Тверской семинарии в XVIII в., с. 41 – о выборе невесты и наследовании мест, с. 48 – о поступлении детей духовенства на гражданскую службу, с. 69–70 – о наградах духовенства (на с. 11 – автор пишет, что в 1888–1918 гг. наградные списки духовенства публиковались также в «Церковных ведомостях», – однако там перечислялись лишь награды императора и от Св. Синода).
Помимо фонда духовной консистории, в ГАТверО имеются также фонды духовных правлений, духовных и Тверского епархиального женского училищ, Училищного совета, епархиального попечительства о бедных духовного звания. (История Русской Православной Церкви в документах региональных архивов России. Аннотированный справочник-указатель. – М., 1993. – С. 525–546). К сожалению, автор ничего не говорит об этих фондах, и остается неясным, то ли он ими не пользовался, то ли в них ничего не нашел.
В любой работе можно найти мелкие неточности. Имеются они и здесь. Укажем на некоторые из них. Неудачны выражения «вышла замуж за священника» или «вышла замуж за диакона»: как известно, брак заключается будущим священником или диаконом до рукоположения в сан диакона (о чем пишет и сам автор на с. 41). Московское женское училище митрополита Филарета (с. 102 и др.)  – это Московское Филаретовское епархиальное женское училище (название Филаретовское было присвоено училищу в память московского митрополита Филарета). На с. 69 говорится (на основании книги И.И. Осиповой «Сквозь огнь мучений и воду слез…». – М., 1998) о том, что после революции М.А. Новоселов тайно принял  монашество с именем Марк и был рукоположен в сан епископа. Однако это утверждение И.И. Осиповой не разделяется многими историками Русской Православной Церкви и, во всяком случае, нуждается в серьезных доказательствах. На с. 51 сообщается, что епископ Алексий (Новоселов) «в 1877 переведен в Москву, в члены Синодальной конторы». Это неточно. В данном контексте выражение «переведен в Москву» можно понять как назначение на Московскую архиерейскую кафедру. В действительности 23 июня 1871 (не 1877!) епископ Алексий был уволен на покой с назначением членом Московской синодальной конторы (см., например, «Русский биографический словарь». – Т. 2. – С. 20). Неудачно упоминание о Братстве св. блгв. кн. Михаила Ярославича как о «религиозном объединении» (с. 85). Выражение «владелец села» для 1890 г. (с. 66) – это анахронизм. Автор сообщает, что многие представители рода Мощанских учительствовали в различных школах и училищах. К сожалению, указывается только уезд, а желательно было бы указать и населенный пункт, где находилось учебное заведение. Упоминая учащихся духовных учебных заведений в 1916–1918 гг., следовало бы указать, в каком они учились классе (с. 105–107). Автор почему-то не использует общепринятое сокращение слов «Святейший Синод» – Св. Синод, а степени орденов указывает римскими, а не арабскими цифрами, как обычно.
Сделаем также дополнения к биографиям некоторых членов рода Мощанских. Священнику Николаю Михайловичу (№ 50) посвящена брошюра «Двадцатипятилетний юбилей пастырского служения священника села Романова Зубц. у. Н.М. Можанского» (Старица, 1914). Павел Дмитриевич (№ 76) опубликовал «Заметки и дневник словесника» (Ефремов, 1922).  Александр Алексеевич (№ 68) совместно с С.Н. Яковлевым в 1903 г. выпустил в Симбирске прочитанный в местном обществе врачей доклад «Санитарное состояние симбирских городских школ в 1900 и 1901 годах». В журнале «Исторический вестник» (1911, № 1–3) была опубликована его статья «Пешком по Кавказу» (в ОР РНБ хранятся его письма к С.Н. Шубинскому в связи с этим). В Нижнем Новгороде в 1917 г. вышел доклад «Как составлять заявления о доходах», прочитанный им 15 декабря 1916 г. на Съезде по подоходному налогу в зале Нижегородской городской думы, а в 1926 г. совместно с И.С. Литвиненко он напечатал «Обзор финансового состояния коммунальных хозяйств Нижегородской губернии в 1924–25 гг.».
Уже после выхода книги А.В. Матисона была опубликована биография  протоиерея Владимира  Дмитриевича Мощанского (№ 46): Дамаскин (Орловский), иеромонах. Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви XX столетия. Жития и материалы к ним. Книга 3. –Тверь. 1999. – С. 151–163. На с. 150 в ней помещена репродукция иконы священномученика Владимира). О. Дамаскин (Орловский) упоминает также внучку о. Владимира – Ольгу (к сожалению, он не приводит имена ее родителей). А 14 августа 2000 г. Архиерейский Собор Русской Православной Церкви постановил «внести в Собор новомучеников и исповедников Российских для общецерковного почитания имена ранее прославленных новомучеников и исповедников Российских в лике местночтимых святых: протоиерея Владимира Мощанского (1866–1938, память 25 августа / 7 сентября, священномученик)» (Юбилейный Архиерейский Собор Русской Православной Церкви. Москва, 13–16 августа 2000 года. Сборник докладов и документов. – М., 2000. – С. 81).
 Приведем также биографию сына протоиерея Владимира – Александра (№ 82). Он родился 6 августа 1894 г. Учителем служил в земской школе с. Славкова Кашинского уезда, затем до конца декабря 1917 г. был псаломщиком в с. Дуброве. Призванный в армию, демобилизовался лишь в 1921 г. и поступил на гражданскую службу. В 1924 г. он переехал в Вышний Волочек, а в конце 1938 г. переехал в Ленинградскую область, где работал учителем. Великая Отечественная война застала его учителем и и.о. директора Чудскоборской школы. Во время оккупации он сначала жил в Любани, а затем в деревне Вороний Остров, из которой в 1943 г. его насильно, вместе с другими жителями, оккупанты вывезли в Литву. Здесь он работал на хуторе, а потом в течение полутора лет исполнял обязанности псаломщика  в церкви г. Таураге. В 1944 г. В.А.Мощанский вернулся в Вышний Волочек, где еще 3 года состоял на гражданской службе. В 1946 г. был награжден медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».
По свидетельству двоюродного брата В.А. Мощанского, протоиерея Сергия Дмитровского, «невзирая на свою гражданскую службу, он не порывал связи с церковной жизнью и не утратил своих религиозных убеждений». 14 апреля 1947 г. В.А. Мощанский был рукоположен во священника и 17 апреля назначен в церковь с. Спас-Ульстино Удомльского района Калининской области. «Я с юношеских лет имел тяготение стать продолжателем дела своих предков», – писал он в прошении о рукоположении в сан священника. К Пасхе 1949 г. он был удостоен первой награды – набедренника. 30 марта 1951 г. о. Александр был переведен к Спасо-кладбищенской церкви Бежецка, 21 августа 1952 г. – к Николо-кладбищенской церкви г. Красный Холм (21 октября 1957 он стал ее настоятелем), с 1 марта 1956 г. одновременно был благочинным Краснохолмского округа, а 30 января 1959 г. вышел за штат. В том же году он переезжает в Ленинградскую область. Сначала его назначают служить в разные храмы на время отпусков и болезни священников, в 1960 г. он становится настоятелем Никольского собора Новой Ладоги. К Пасхе 1961 г. о. Александр был удостоен сана протоиерея. С 1 апреля 1962 г. он – настоятель Никольской церкви пос.  Саблино, 13 июня 1965 г. был переведен к Казанской церкви пос. Вырица (с 26 декабря 1966 настоятель), 25 октября 1968 г. выходит за штат. В течение нескольких лет он снова назначается временно служить в разных храмах, 23 декабря 1973 г. о. Александр переводится в Казанскую церковь Тосно, где служит до 15 ноября 1974 г., после чего еще некоторое время назначается временно служить в разные церкви. К Пасхе 1974 г. он награждается крестом с украшениями. Скончался протоиерей Александр Мощанский 24 июля 1981 г.
В мае 1927 г. А.В. Мощанский был повенчан с дочерью священника с. Хотилова Тверской епархии Евгенией Измайловной Рождественской (род. 1901 – не ранее 1974). В их семье было три дочери (12-е поколение Мощанских): Валентина (род. 1928), учившаяся в Ленинградском университете, Серафима (род. 1932) и Людмила (род. 1936). Сестра о. Александра, Ольга Владимировна (№ 80), умерла в феврале 1960 г. в Вышнем Волочке (Дело протоиерея А.В. Мощанского. Архив Санкт-Петербургской митрополии).
К сожалению, генеалогию Мощанских А.В. Матисон ограничил началом XX века, хотя на с. 10 он выражает благодарности ныне живущим членам рода.  Было бы интересно проследить судьбы Мощанских и после 1917 г. Даже беглое обращение к каталогу РНБ позволило выяснить много интересного: немало книг издал доктор технических наук Николай Алексеевич Мощанский (№ 118 ?). В Нижнем Новгороде выпустил книгу стихотворений Владимир Владимирович Мощанский (род. 1939), с этим же городом связана Ольга Львовна Мощанская. Есть работы еще нескольких Мощанских…
Книга А.В. Матисона выходит за рамки генеалогии Мощанских, и ее можно рекомендовать как ценное пособие всем, кто интересуется генеалогией духовенства.


Г. Гассельблат

История курганских семей

В прошлом выпуске «Вестника» я с большим удовольствием представил читателям екатеринбургские издания 2000 г. по генеалогии уральских крестьян. В том же году Курганский государственный университет подготовил и издал 187 страниц семейной памяти курганцев о своих близких и по истории родных поселков и деревень. Сборник «Уральская генеалогия» (Курган, 2000), собрал и подготовил к печати кандидат исторических наук доцент кафедры истории России этого университета П.А. Свищев. Издание сборника знаменательно тем, что еще один уральский историк-профессионал, наряду с В.П. Микитюком и А.Г. Мосиным, изучает историю родного края сквозь призму историй отдельных семей, использует семейные предания и семейные архивы, дополняя их материалами опубликованных и архивных источников. И не только изучает сам, но и оказывает методическую помощь исследователям.
В сборник помещены 6 статей, предваряемых теплым предисловием составителя. К сожалению, не выделены данные об авторах, и материалы о них приходиться искать в текстах статей. Отсутствуют именные указатели.
В сборнике опубликованы воспоминания участника Брусиловского прорыва, георгиевского кавалера краеведа И.А. Ленского (1897–1977), хранящиеся в областном архиве. Автор успел описать свою биографию только до 1918 г., но рассказал нам историю семей Зыковых, Поповых и Кривошеиных с начала XVIII века.
В.П. Жданов из Нижнего Новгорода знакомит нас со своими предками из с. Крутихинского Шадринского уезда с начала XVIII века, показывает жизнь села за этот период на базе обширных исследований, опубликованных источников и архивов Свердловской и Курганской областей – 35 ссылок. К статье приложены именные списки жителей Крутихинской слободы за 1735, 1745, 1747 и 1800 годы.
Историю польского рода Голявинских с 1863 г., а также Харитоновых, собрала и записала В.Н. Голянская-Харитонова. Статья дополнена портретами членов рода. К сожалению, отсутствуют родословная роспись, список источников и родословное древо. Пожелаем потомкам автора восполить эти пробелы и выявить более ранние поколения рода в польских архивах.
Начиная читать «Слово о прошлом» Л.Г. Подкорытовой, постоянно находишься в ауре жизнеутверждающего общения с добрым трудолюбивым хорошим человеком. Автор не только исследовал десятки метрических книг, возродив 240 лет жизни своего рода, но и трепетно сохранил семейные предания, фотографии, документы, собрал большой материал по истории породнившихся родов и истории мест их проживания, а затем все собранное подарил нам.
О её гимне роду невозможно писать традиционно. В каждой строке – любовь к людям и местам, где они жили или бывали, поэтическое восприятие и передача увиденного. Тем, кто бывал на Урале, любит Урал, хорошо знакома повседневная поэтичность уральцев. Именно в такой поэтично-напевной форме и рассказала Лидия Георгиевна историю родов Гладковых с 1782 г., Подкорытовых с 1710 г. и других Гладковых с 1750 г., прозой и стихами, портретами и фотоснимками родных мест, родословными росписями с ссылками на источники.
На 67 страницах разместил полковник в отставке В.Т.Серков четко оформленное генеалогическое исследование родов Серковых с 1720 г., Алексеевых с 1753 г. и Беляшовых с 1719 г. Поколенные родословные росписи содержат порядковый номер каждого персонажа, его фамилию, имя и отчество, дату и место рождения, сведения об окончании учебного заведения и дату этого события, специальность, место работы или учебы, звание или ученую степень, награды, год вступления в брак, дату и причину смерти, порядковый номер родителей, аналогичные данные о жене или муже, количество детей, источник информации. Указаны также даты присвоения звания или ученой степени, наград, даты и места вступления в брак, место смерти, основные данные о родителях жены или мужа – даты и места рождения и смерти, основное занятие и желательно другую максимально полную информацию. Автор прослеживает не только мужское, но и женское потомство. Профессиональная склонность автора к анализу помогла ему сделать и статистический анализ исследованной группы из 192 родственников и 170 свойственников. Из выявленных 362 персон родственников и свойственников в период советской власти среднее образование получили 92 человека, высшее – 68, четверо получили ученую степень кандидата наук и трое – доктора наук, троим представителям исследованных родов присвоены почетные государственные звания и двоим – воинские звания полковник и генерал. За последние 200 лет в войнах участвовал 31 человек, из них 10 погибли на полях сражений. 32 человека из 7 семей подверглись незаконным репрессиям в советское время. Для чистоты исследования было бы хорошо выделить родственников и свойственников, а также исследованных лиц советского периода. Тогда можно было бы вычислить и проценты. Интересен и предложенный анализ динамики численности семей. Представленные В.Т. Серковым материалы представляют значительный интерес и могут служить образцом правильного составления родословной росписи.
Н.А. Подгорбунских на базе большого количества публикаций о фольклоре и легендах, отражающих исторические события на Руси и в России, исследовал роль легенд и преданий в возникновении генеалогических источников и оспаривает их достоверность (например, несоответствие изустных преданий рода Строгановых с их реальным родословием).
Сборник великолепен своей многоплановостью и содержит много очень полезной информации для людей разумных, не говоря о мощном эмоциональном заряде. Читатель познакомится с обычными русскими семьями, вызывающими симпатию любовью друг к другу, с авторами, очень разными, но едиными гордостью за свой род. Исследователю своих корней, даже не начинающему, очень полезна использованная методика оформления результатов своих исследований. Печально, что у университета денег хватило на тираж только в 200 экземпляров. Где можно купить эту радость?

Памяти ушедших

Евгений Петрович Верещагин

В конце 2000 г. пришло известие из Братска о смерти 3 апреля прошлого года члена РГО, участника Великой Отечественной войны, инвалида I-й группы Евгения Петровича Верещагина.
Евгений Петрович родился 8 января 1926 г. Его юность пришлась на годы войны. Совсем молодым человеком он стал лётчиком, служил в авиации дальнего действия. После Великой Отечественной войны около 20 лет являлся членом Советского комитета ветеранов войны, возглавлял его Братскую секцию. Активно работал также в ВООПИК и других общественных организациях.
Около 1990 г. заинтересовался своей родословной, в которой по линии отца оказалось около ста священников, в основном, Вятской епархии. Из Вятской губернии происходили и предки матери – Козыревы. Реконструируя свою родословную, Евгений Петрович обращался во многие государственные и ведомственные архивы (в том числе ФСБ), другие учреждения, изучал краеведческую литературу, периодику, установил контакты с коллегами. Всё это позволило ему установить своих предков, начиная с 1642 года. В числе его свойственников оказались художники Васнецовы, академик В.М. Бехтерев и другие.
В 1995 г. Евгений Петрович стал членом РГО. К сожалению, свою генеалогическую работу ему завершить не удалось.
Редакция выражает глубокие соболезнования родным и близким Е.П. Верещагина.

Справочное бюро

Л. Бирюкова

Сайт «Всероссийское генеалогическое древо» (http://www.vgd.ru) и его статистика

Сайт «Всероссийское генеалогическое древо» существует в сети Интернет с мая 1999 г. Это постоянно растущая коллекция сведений о людях, связанных с Россией, независимо от национальности и времени жизни. По своей сути – это народный сайт, он пополняется информацией, поступающей от посетителей (посредством заполнения формы) и, по мере возможности, в соответствии с их запросами, информацией из открытых источников. Многие с его помощью находят родственников, однофамильцев, единомышленников и др. В настоящее время он включает в себя 19080 фамилий (каждый день их число увеличивается не менее чем на 10) и значительно более 100000 персоналий (точно их сосчитать очень сложно, поскольку многие объединены с супругами и детьми: одна полностью заполненная анкета дает не менее семи человек). Фамилии расположены по алфавиту. Кроме того, сайт содержит историческую и справочную информацию, доски объявлений, а также является организатором Кольца генеалогических сайтов.
Статистика на сайте ведется несколькими внешними независимыми организациями, которые преследуют разные цели и поэтому дают разные цифры.

По статистике Рамблера (которая учитывает посещение только первой страницы) сайт уже полтора года находится в первой десятке наиболее посещаемых сайтов по разделу «История»; число посетителей более 150000. По статистике Top List Ru (учитывается посещение всех страниц с января 2000 г.) число посетителей составило более 750000. По статистике RLE (Russian Linkexchange – российская баннерообменная система) сайт входит в категорию Gold (сайты, наиболее привлекательные для рекламодателей по обеспечиваемому числу показов), и за последний месяц обеспечил 80000 показов.
Мы приглашаем читателей журнала посетить наш сайт и внести свой вклад в построение общедоступной базы данных генеалогической информации, а заодно подумать о причинах и следствиях роста интереса к генеалогии со стороны широкой публики. Изменение общественного мнения о каком-либо виде деятельности не развлечение для социологов. Это фактор имеющий существенное значение для развития как общества, так и самой деятельности.
Два года назад мало кто знал, что такое генеалогия и как это слово правильно сказать и написать. Желание же знать своих предков воспринималось как странное отклонение от нормы или чисто дворянское развлечение, простому человеку не нужное. Сейчас положение существенно изменилось.
Опыт общения с посетителями сайта позволяет выявить причины и элементы развивающегося интереса  к генеалогии, которые указаны в первой колонке нижеприведенной таблицы. Во второй и третьей колонках размещены возможные негативные и позитивные для общества результаты (список результатов может быть продолжен для любой колонки, это не всеобъемлющее исследование, а постановка проблемы).
 
Интерес к генеалогии включает в себя следующие элементы Возможные негативные результаты  Возможные позитивные результаты
Интерес к генеалогии знаменитостей – исторических личностей или современных известных людей  «Опошление» истории, желание копаться в грязном белье живых и мертвых знаменитостей (а оно у всех есть), неуважение к прошлому  Увеличение объема знаний по истории своей страны, и, соответственно, повышение общего уровня культуры и общественной активности (чем больше что-то знаешь, тем сильнее желание это сохранить, развить и т.д., иначе говоря, неравнодушие)
Интерес к истории своего рода с неосознаваемой чаще всего целью самопознания, на прямой вопрос чаще всего отвечают «просто интересно» или «для детей»  Усиление процессов расслоения общества, включение в них не только социальных, национальных и религиозных, но и сословных признаков  Усиление процессов объединения общества, поскольку обнаруживаются родственные отношения с людьми другой национальности, вероисповедания и пр., кроме того, потенциально крепче делаются семьи – их будет объединять не только общий стол и кров, но и история
Желание найти родственников или предков среди знаменитостей, чтобы усилить восприятие собственного социального статуса  Попытка использовать родственные связи в корыстных целях, которая и в случае успеха, и в случае неудачи может иметь многие отрицательные последствия для развития общества  Ощущение более высокого социального статуса основание не только для хвастовства, но и для того, чтобы вести себя соответственно ему. Кроме того, чем больше человек найдет родственников, тем больше он будет воспринимать общество как нечто единое
Желание найти родственников за границей, с той же целью, что и в предыдущем случае, а также чтобы ездить к ним в гости  Если, находя родственников за границей, основная масса нашедших будет обращаться к вновь обретенным родственникам с бесконечными просьбами, росту репутации России за рубежом это способствовать не будет  Не только нахождение, но и поиск родственников за границей приводит к активизации общения между странами на уровне их жителей, соответствует наблюдающимся сейчас тенденциям глобализации всех процессов

Как в любой человеческой деятельности, мотивация интереса к генеалогии чисто личная, казалось бы, не имеющая никакого значения для общества, но, тем не менее, потенциально могущая на него повлиять. А какое воздействие рассматриваемый процесс оказывает на людей, которые давно и профессионально занимаются генеалогией?
На первый взгляд прямо-таки ужасное. Толпы неграмотных людей заполняют архивы, мешают работать, задают «идиотские» вопросы, выдумывают несуразные теории, пытаются доказать явно нелепые измышления относительно собственной родословной, мечтают о построении генеалогических древ, минуя исторические изыскания (например, по анализу генов: сделал анализ – и доказано, что ты прямой потомок Нефертити, и никакие бумажки не нужны). Образовалась толпа компьютерных генеалогов, которые ничего не понимают в традиционных, веками развивавшихся генеалогических методах, интересуются только программами и смотрят на традиционалистов свысока. Им кажется, что можно все исторические материалы занести в компьютер, нажать кнопку «поиск» и сразу результат готов...
Даже не буду продолжать: все это так и не так. И недостаточный уровень грамотности генеалогов-любителей может быть преодолен, и пропускная способность архивов может быть увеличена. И почему бы не позволить тому, кому хочется, сравнивать свои гены с генами хоть мамонта, если ему хочется, и он готов за это платить. И компьютеры – крайне удобный инструмент, вопрос в том, чтобы его не фетишизировать и не отвергать. Действительно, существующие генеалогические программы с традиционными методами никак не соотносятся, но могут быть разработаны и программы устраивающие всех – и генеалогов, которые могут работать с традиционными документами и выдавать результат в таком виде, и профанов, позволяя им вводить информацию, вписывая ее в понятно обозначенные клеточки, и получать на выходе красиво нарисованные генеалогические древа с картинками. Но разработаны эти программы будут, только если образуется достаточный спрос на такие программы – их разработка крайне трудоемка, дорога, а должна окупаться. То есть или профессиональные генеалоги освоят компьютеры и «разбогатеют» (если программа будет разработана только для них, она будет стоить очень дорого, узок круг этих потребителей, «страшно далеки они от народа») или генеалоги-любители осознают, что традиционная форма генеалогических записей им нужна, то есть кто-то их в этом убедит.
Но самое интересное – понять, какой результат может принести для профессиональной генеалогии лавинообразное развитие интереса к ней.
Практика сложна, а в теории все необычайно просто. Как только в классическом рыночном обществе растет интерес населения к чему-либо и появляется возможность заработать на этом интересе, туда устремляются капиталовложения, создаются рабочие места, новые товары и услуги. Как только в классическом социалистическом обществе возникает такая же ситуация, деньги в соответствующие отрасли направляет государство (или перекрывает поток денег, если посчитает направление вредным). В нашем «конкретном» обществе ничего подобного, к сожалению, само собой не произойдет. Однако рост общественного интереса, потенциально способный оказать положительное воздействие на развитие общества, создает предпосылки именно для всемерного процветания генеалогии и архивного дела. Активную роль в этом процессе должны сыграть «настоящие» генеалоги, не пускать его на самотек, в обязательном тесном общении с дилетантами.


Органы записи актов гражданского состояния (ЗАГС) областных центров Республики Беларусь

Материал подготовлен В.  Веревкиным-Шелютой

Наши авторы

Принятые сокращения

ВООПИК – Всероссийское общество охраны памятников
истории и культуры
ГАВО – Государственный архив Воронежской области
ГАИО – Государственный архив Иркутской области
ГАКО – Государственный архив Курской области
ГАОО – Государственный архив Омской области
ГАОрлО – Государственный архив Орловской области
ГАРФ – Государственный архив Российской Федерации
ГАТО – Государственный архив Тюменской области
ГАТверО – Государственный архив Тверской области
ГДТЮ – Городской дворец творчества юных
ИРО – Историко-Родословное Общество в Москве
КБГГИ – Кабардино-Балкарский  государственный
гуманитарный институт
КБИРО – Кабардино-Балкарское  историко-родословное общество
КБР – Кабардино-Балкарская республика
МГА – Международная генеалогическая академия
НИРО – Новосибирское историко-родословное общество
РАСН – Российская академия социальных наук
РГА ВМФ – Российский государственный архив военно-морского флота
РГАДА – Российский государственный архив древних актов
РГВИА – Российский государственный военно-исторический архив
РГИА – Российский государственный исторический архив
РГО – Русское генеалогическое общество
РГФ – Российская генеалогическая федерация
РДС – Российское дворянское собрание
РНБ – Российская национальная библиотека
СПбДА – Санкт-Петербургская духовная академия
УГО – Уральское генеалогическое общество
УИРО – Уральское историко-родословное общество
 




(С) Котельников С.Д., Бирюкова Л.В., 1998-2017          Реклама  Приглашаем к сотрудничеству  Мобильная версия  16+

Пользовательское соглашение
TopList